Man and Boy

Dorfman Theatre

National Theatre

London SE1 9PX

Это пьеса очень популярного драматурга ХХ века Terence Mervyn Rattigan. Мастер «хорошо сделанных пьес», спектакли по которым не сходили со сцен и после тысячи показов, Раттиган рассматривал, изучал самые темные, болезненные стороны человеческой натуры и взаимоотношений, в том числе семейных. Его героев играли Гилгуд и Скофилд — великие актеры ХХ века.

В 1946 году Раттиган написал пьесу The Winslow Boy, в которой отец прилагает все силы, чтобы восстановить доброе имя сына. Она получила премию театральных критиков и блистательно шла в Нью-Йорке.

Семнадцать лет спустя из-под пера Раттигана вышла другая пьеса, Man and Boy, о временах Великой депрессии. Это зеркальная история: отец требует от сына спасения ценой его, сына, счастья. Пьеса на долгое время была незаслуженно забыта, и вот режиссер Anthony Lau ставит Man and Boy в Dorfman Theatre.

Отца, финансиста Грегора Антонеску, играет звезда Ben Daniels. Это очень тяжелый, сложный образ холодного, расчетливого человека, в котором нет ни любви к сыну, ни нежности. Но оторваться от игры Daniels почти невозможно: следить за развитием образа, за тем, как его герой достигает желаемого, за каждым поворотом головы, за модуляцией богатого голоса, со снайперской точностью бьющей по сыну. Невероятная актерская работа!

Сына Грегора, Бэзила, играет Laurie Kynaston, лауреат Evening Standard Award for Emerging Talent за роль в спектакле The Son (2019) на Вест-Энде. Вдвоем артисты составляют удивительный дуэт, в котором победитель очевиден сразу, а проигрыш слабого только показывает, какое чудовище тот, кто выиграл.

Broken Glass

Young Vic Theatre

66 The Cut

London SE1 8LZ

Это тоже разговор о власти, страхе и разрушении семьи, но действие в пьесе происходит на тридцать лет раньше, чем в Man and Boy. Это поздняя, 1994 года, пьеса Arthur Miller. Бруклин, 1938 год, в Германии случается Хрустальная ночь. Сильвия Геллберг внезапно оказывается парализованной, хотя врачи не могут найти причину. Филипп, ее муж, успешный, холодный человек, не то чтобы тиранит жену, но обесценивает: не придает никакого значения ни ее страданиям, ни ей самой. Все это, говорит он, нас не касается. Он уверен, что ассимилировался, что Штаты безопасны, что, что, что… А Сильвия парализована больше ужасом, чем болезнью: ее, еврейку, преследует этот ужас разбитых витрин, осколков, которыми усыпаны тротуары. И тело ниже пояса перестает отзываться.

В Young Vic Theatre пьесу поставил режиссер Jordan Fein, американский постановщик, сейчас живущий в Лондоне (он, кстати, поставил спектакль Fiddler on the Roof в Regent’s Park Open Air Theatre, собравший аж три премии «Оливье»). В Bridge Theatre сейчас идет его Into The Woods, дивной красоты и печали мюзикл, тоже об исследовании разрушающейся привычной жизни.

Сильвию в новом спектакле Young Vic играет молодая актриса Pearl Chanda (ее дебют на театральной сцене состоялся в 2021 году: она играла чеховскую Нину в проекте театральной компании Headlong Theatre), а ее мужа Филиппа — британо-американский актёр Eli Gelb, номинант премии «Тони».

Bird Grove

Hampstead Theatre

Eton Ave

London NW3 3EU

Это мировая премьера новой пьесы Alexi Kaye Campbell про жизнь девицы Мэри Энн Эванс. 1841-й, собственный дом, патриархальное общество и отец, который точно знает, как нужно жить молодой девушке на выданье. Он ее и выдаст: поможет выйти замуж так, как полагается, чтоб все прилично. Только вот Мэри Энн с этим что-то не очень-то согласна, у нее совершенно другие запросы. А еще Bird Grove — это байопик.

Надо сказать, что Bird Grove — действительно дом в районе Фолешилл, в Ковентри, в котором именно такая история и развернулась. Конечно, Мэри Энн Эванс — будущая Джордж Эллиот, все правильно! — она жила там вместе со своим отцом с 1841 по 1849 год. Если обратиться к реальной биографии писательницы, то так оно все и было. Девочку в семье считали «некрасивой», поэтому семья предпочитала вкладываться в ее образование, предполагая, что такой дурнушке в личной жизни ничего не светит. А она и рада была: ничего, кроме книг, ее не интересовало. Но любящий отец был уверен, что должен устроить судьбу дочки. А дочка и вправду очень любила отца, но на его условия не соглашалась. Так они и не нашли общий язык до самой смерти Роберта Эванса. Отец с отчаянием смотрел, как дочь общается совсем не с теми людьми, многие из которых — ужас какой! — были агностиками.

Режиссер Anna Ledwich поставила Bird Grove с актерами Owen Teal и Elizabeth Dulau в главных ролях. Teal, один из самых сильных шекспировских актеров своего поколения, широкому зрителю известен по трагической роли Аллисера Торна в «Игре престолов», но театральная публика помнит его выдающееся исполнение Эдмунда в «Короле Лире» в Royal Shakespeare Company. А молодая актриса Elizabeth Dulau играла Yolandi в спектакле Klippies на сцене Young Vic — это был ее чрезвычайно яркий лондонский дебют.

I’m Sorry, Prime Minister

Apollo Theatre

Shaftesbury Ave

London W1D 7EZ

Долгожданное продолжение классической британской политической сатиры сохраняет фирменный стиль оригинальных сериалов ВВС Yes, Minister и Yes, Prime Minister. Острополитические шутки о британской политике, искрометные диалоги на блистательном английском — вот что такое I’m Sorry, Prime Minister. Спектакль так изящно обращается с темой политики и власти, что от просмотра получают искреннее удовольствие даже те, у кого нет высшего образования в области политологии.

В сериале играли любимые зрителем Paul Eddington (1995 в роли Джима Хакера) и Nigel Hawthorne в роли сэра Хамфри Эпплби. Их давно нет, Eddington покинул этот мир в 1995-м, а Hawthorne в 2001-м. Но Griff Rhys Jones и Clive Francis явно играют оммаж, хотя и не копируют сериальные образы. Если хотите, в этом спектакле то же актерско-социальное ДНК, тем более что автор ТВ-сценария, нынешней пьесы и постановщик тот же: Jonathan Lynn. I’m Sorry, Prime Minister — это финальная глава политико-сатирической эпопеи, написанная тем же человеком, который ее и придумал. Это спектакль-прощание, спектакль не о жизни во власти, а о жизни после власти. По сути, это история о старении, об утрате влияния, о том, как время уходит и как с этим справляется человек, властью когда-то наделенный. Но никакого надрыва тут не будет: Sorry, Prime Minister прежде всего ироничное размышление о переменах в мире и обществе.

Evening All Afternoon

Donmar Warehouse

41 Earlham St,

London WC2H 9LX

Это еще одна февральская мировая премьера — на этот раз премьера пьесы Evening All Afternoon драматурга Anna Ziegler (это в ее пьесе Photograph 51 Николь Кидман сыграла Розалинд Франклин, ученую-химика, открывшую структуру ДНК). Нынешняя пьеса — совершенно другая. Это попытка диалога двух женщин, которые оказались в непростой ситуации: Дженнифер вот-вот могла бы стать мачехой Делайлы. Старшая очень хочет наладить отношения с младшей, но, конечно, они находятся по разные стороны баррикад. Жених Дженнифер — отец Делайлы! — умер перед свадьбой. В общем, чужие люди, единственное, что их объединяет — горе и тоска по ушедшему.

Режиссер Diyan Zora разворачивает историю двух женщин в минималистичных декорациях художницы Basia Bińkowska. Дженнифер играет номинантка премии «Оливье» и «BAFTA» Anastasia Hillе, которую ТВ-зритель помнит, например, по роли Ольги в A Gentleman in Moscow, а еще по роли Сибил Казалет в сериале The Cazalets.

Erin Kellyman, актриса кино и сериалов, та самая, что сыграла Энфис Нест во вселенной Star Wars (у большеголовиков Funko есть ее коллекционная фигурка), в Evening All Afternoon играет Делайлу. И это ее театральный дебют в Лондоне. Как открыть своё сердце заново? Да и вообще, нужно ли встречаться с тем, что потеряно навсегда? Наконец, где брать силы, чтобы жить дальше?

Night Conversation

Arc Space

13 Tottenham Mews

W1T4AQ

Это иммерсивное чтение в рамках Arc Theatre Laboratory. Не традиционный спектакль со сценой, а скорее перформанс, в процессе которого зрители погружаются в текст, в диалог и атмосферу. Историю на ночной берлинской кухне играют Alisa Khazanova, Maria Bolshova и Vasiliy Zorkii (и пьеса, точнее, сценарий кино — его). В пространстве работает видеокамера и читка превращается из спектакля — в фильм, в почти что документальное свидетельство.

Сам Arc Space никак нельзя назвать традиционным театром: это некое третье пространство, объединяющее галерею, театр, социальную площадку. Что такое демократия? Как не превратить диалог в безобразную ссору? Как жить с теми, кто думает совсем иначе? Night Conversation в том числе и о том, как оставаться в разговоре, когда согласие найти почти невозможно, а точки соприкосновения почти отсутствуют. Во всяком случае, в течение беседы они становятся дальше, чем были в начале. Зритель здесь не наблюдатель и не судья, а свидетель, почти что четвёртый участник.