Георгий Иобадзе – в Лондоне: в качестве разогрева я декламирую вслух, на улицах…

Автор Аватар
Рубрика Колумнисты
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ 29 мая 2023
ВРЕМЯ ПРОЧТЕНИЯ 4 min.

Георгий Иобадзе – в Лондоне: в качестве разогрева я декламирую вслух, на улицах…

На сцене Marylebone Theatre прошла лондонская премьера спектакля Георгия Иобадзе “Я, бабушка, Илико и Илларион” по одноименной книге грузинского писателя Нодара Думбадзе. Эта душевная, невероятно добрая, местами грустная история рассказывает о жизни и взрослении грузинского мальчика Зурико, о его бабушке, соседях, первой любви и первых потерях… И никого не оставляет равнодушным. Во многом, это заслуга самого Георгия Иобадзе, выступившего в роли режиссёра и исполнителя моно-спектакля. Несмотря на плотный график и совсем недолгое пребывание в Лондоне, Георгий согласился прогуляться и ответить на вопросы LC.

Георгий, Вы первый раз ставите “Я, бабушка, Илико и Илларион” в Лондоне, однако спектакль уже успел побывать во многих городах России. Влияет ли город на Ваше исполнение и персонажей?

Да, конечно, у каждого города своя энергия. Накануне выступления, в качестве разогрева, я люблю выйти погулять по городу, повторяя текст и местами импровизируя. Со стороны это может выглядеть немного безумно, ведь слова своих персонажей я декламирую вслух на виду у проходящих мимо людей. Получается такой неожиданный уличный мини-спектакль. Однако, наблюдая за городом, за реакцией прохожих, такие прогулки вдохновляют меня и помогают придумать новые интонации и выражения для выступления. В каждый спектакль я пытаюсь добавить что-то новое, чтобы исполнение было живым и по-своему оригинальным, а не звучало заученно.

На сцене Вам удается создать невероятную атмосферу грузинской жизни, наполненной настоящими и живыми персонажами. Это образы из детства?

Да, первый и второй классы школы я проучился в грузинской школе, в Гаграх, у бабушки. Многие образы созданы по воспоминаниям о наших соседях и, вообще, навеяны культурой тех мест. Бабушка была учителем в школе, но никаких поблажек мне не давала. Образ бабушки Зурико во многом построен на воспоминаниях о моей грузинской бабушке. Я много репетировал перед ней, читал шекспировские монологи и отрывки из Думбадзе, когда приезжал каждое лето в Сочи. И если она уже уставала от меня, то говорила: “Потуши свет и выйди”. В спектакле, когда бабушка Зурико говорит эту фразу, я всегда вспоминаю ее интонацию.

А другие члены семьи также помогали Вам с репетициями?

Конечно, я часто читал свои монологи и отрывки из разных произведений маме и сестре. Однажды даже вышла смешная история… Было время, когда я каждый вечер до поздней ночи довольно громко декламировал перед мамой монолог Сальери. И сестра, которой каждый день надо было рано утром вставать на работу, в соседней комнате постоянно не высыпалась из-из шума. Мне не нужно было вставать так рано, и я мог отлично поспать после этих репетиций. И вот сестра решила отомстить – разбудила меня рано утром громким монологом Джульетты. После этого поздние репетиции дома прекратились. Однако и мама, и сестра до сих пор активно участвуют в моем творчестве.


А какой самый запоминающийся момент в Вашей театральной карьере?

Таких было много. Но один из самых запомнившихся это роль Коровьева в постановке “Мастер и Маргарита” Валерия Романовича Беляковича во МХАТе. Я тогда только закончил институт и поступил во МХАТ. Все роли в спектакле давно распределили, но было очень интересно просто увидеть работу над спектаклем, и я попросился на репетиции. А после поблагодарил Валерия Романовича и сказал, что, если кто-то понадобится в массовке, чтобы имели меня в виду. Через два дня мне позвонили. Оказалось, актер, исполнявший роль Коровьева, заболел, и меня хотят попробовать. Так я получил свою первую роль во МХАТе. Это был невероятно интересный опыт, с постоянной творческой свободой действий и чувств. Коровьев – достаточно озорной персонаж, играя его можно импровизировать и хулиганить на сцене, что только подогревает интерес к образу.

Гастроли по Японии также были необычным и запоминающимся опытом. Валерий Романович ставил “Ревизора” и “Макбет” совместно с японской театральной труппой, с которой сотрудничал еще в 90-х. В “Ревизоре” я играл Гоголя, выступал в роли рассказчика истории, а в “Макбет” – ведьму. Постановки были на японском, поэтому пришлось выучить отдельные японские фразы, однако в основном роли представляли собой физическое действие. Удивительно, насколько японские зрители отзывчивы, вежливы и немного, как дети, а главное, они этой наивности не скрывают.

Вы сыграли уже многих необычных персонажей. Какие еще роли хотелось бы сыграть?

Очень люблю Шекспира, мне было бы интересно сыграть персонажей его произведений: Ричарда III, Отелло, Яго и многих других. Играть интересно как героев, так и злодеев – образы во многом зависят от исполнения актера и могут совершенно меняться. Поэтому интересны роли Воланда и Мастера – эти двойственные характеры можно исполнить по-разному, таким образом представив их истории в новом свете. Мне нравится лирика Маяковского, поэтому и с его персонажами хотелось бы поработать.

Вы начинали со студенческого театра. Этот опыт помог в дальнейшей карьере актера?

Да, на самом деле, именно студенческий театр держал меня до последнего курса в институте. После школы я поступил в Уральский политех (УПИ) вслед за сестрой. Она всегда хорошо училась, поэтому я у нее постоянно списывал. Однако с самого начала понял, что специальность меня совершенно не интересует и ушел из УПИ почти перед самым дипломом. Зато студенческий театр “Старый Дом” стал для меня первым театральным пристанищем. Мы ставили много классики – Гоголя, Булгакова, даже Зощенко. Это дало возможность попрактиковаться на сцене, набраться смелости для более серьезных работ.

Учитывая разносторонний опыт в театре, Вы рассматриваете возможность преподавания театрального искусства?

Мне предлагали такую возможность, но я пока отказываюсь. Делал несколько мастер-классов, но это сильно отличается от полноценного преподавания. Я не очень люблю давать советы коллегам-актерам, как лучше играть и что можно исправить, наверное, поэтому преподавание — не совсем моя стезя. Актер — существо тонкое и ранимое, и направлять его игру должен человек, очень хорошо понимающий психологию, умеющий чувствовать другого человека полностью. У каждого актера свое видение, которое он учится сохранять «сквозь» желание другого человека, чаще всего режиссера. В обратном случае это может привести к конфликтам — как внутренним, так и внешним.

Все же, какой совет Вы бы дали начинающим актерам?

Главное — это верить в себя, в свои возможности! Участвовать в любых интересных проектах, сотрудничать с такими же начинающими режиссерами и другими актерами, поставить что-нибудь самому. У меня был период очень сложный. Предложений – мало, я играл, но не режиссировал. Тогда-то и начал работу над “Я, бабушка, Илико и Илларион”. В таких случаях главное — взять близкий к сердцу материал, который любишь и чувствуешь, и просто сделать самому. Никогда не нужно терять время в ожидании, что вот скоро кто-то точно возьмет тебя на какую-нибудь роль, а брать дело в свои руки.

А как, по-Вашему, может ли каждый человек стать актером?

У Шекспира есть цитата: “Весь мир – театр, а люди в нем — актеры”. Если человеку это интересно, то попробовать, конечно, стоит. Мне с детства нравилось выступать перед родственниками, в массовке оперного театра, где работала мама, на праздниках. Главное – это желание выступать и отсутствие стеснения, дальше все уже зависит от человека.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ