Благодаря устоявшейся традиции мы многие годы поздней осенью прилетали к друзьям в Германию, садились в их машину и уже через полчаса оказывались в раю – вкусовом и визуальном. Что может быть прекраснее рядов жёлтых, оранжевых, красных листьев лозы, растянувшихся до горизонта, неспешных прогулок по тропинкам посреди кустов винограда, дыхания прохладного и звонкого осеннего воздуха?

И как заранее предвкушаемое удовольствие в завершении прогулок – дегустации в соседнем хозяйстве 5-10 сортов уникального местного вина. Вслушайтесь в эти названия: Рислинг, Шпетбургундер (Пино Нуар), Сильванер, Шпатлейзе. Удивительно, что кроме всем известных рислингов (а они действительно великолепны), в Германии создают отличное красное вино и так называемый зект – игристое.

«Когда на площадях и в тишине келейной
Мы сходим медленно с ума,
Холодного и чистого рейнвейна
Предложит нам жестокая зима».

(О. Мандельштам, 1917).

Рейнвейн – это общее название вин, которые создаются на склонах вдоль течения Рейна. Их производят из позднего урожая рислинга, который собирают только глубокой осенью, оставляя гроздья на лозе до первого снега. Эти вина обычно сладкие, одним из ярких представителей вида является уже упомянутый Шпатлейзе («Поздняя лоза»).

Интересно, что фамилия «Мандельштам» переводится с идиша как «ствол миндаля». Согласитесь, есть некоторая растительная связь с виноградной лозой. Еще одна связь Осипа Эмильевича с описываемым регионом – географическая. В конце 1909 – начале 1910 годов он учился в старейшем немецком университете – Гейдельбергском. Город Гейдельберг расположен на одном из множества притоков Рейна, совсем недалеко от той самой «винной дороги». Юный поэт снял комнату в семейном пансионе «Континенталь» и начал посещать лекции по средневековой французской литературе знаменитого филолога-романиста Фридриха Неймана. Пансион был расположен на окраине города, у подножья горы Кёнигштуль, лесистой, но полной тропинок. Окна мансарды Мандельштама выходили прямо на лес, и юный студент регулярно прогуливался, поднимаясь в том числе к полуразрушенному Гайдельбергскому замку, возвышающемуся над окрестностями.

Через сто лет мы приехали в эти места и совершили увлекательнейшие путешествия по старинному городу, территории университета, поднялись на фуникулере на вершину горы Кёнигштуль, ну и, конечно, посетили старинный замок. И как сто лет назад Мандельштам, мы испытали ощущения, похожие на описанные поэтом:

И тем не менее!..
В холодных переливах лир
Какая замирает осень!
Как сладостен и как несносен
Ее золотострунный клир!

(О. Мандельштам, 1909).