От Мэри Беннет до хоббитов: шесть рождественских спектаклей Лондона

От Мэри Беннет до хоббитов: шесть рождественских спектаклей Лондона

В Лондоне Рождество начинается задолго до декабря — кажется, этот столетиями отработанный метод помогает победить ранние сумерки, ледяной ветер и дождь, изредка переходящий в снег. Мы выбрали шесть совершенно разных рождественских постановок: от традиционной британской пантомимы до американской комедии.

Miss Bennet: Christmas at Pemberley

Park Theatre

13 Clifton Terrace, Finsbury Park, London N4 3JP

Мэри Беннет, самая незаметная из пяти сестёр в «Гордости и предубеждении», почему-то из персонажа второго плана стала чуть ли не главной героиней. Мэри из романа Остин — это скучное фортепиано, книги и нравоучительные рассуждения, которые никто не хочет слушать. Но лет десять назад американские драматурги Lauren Gunderson и Margot Melcon решили восстановить справедливость и написали для неё собственную историю. Их пьеса Miss Bennet: Christmas at Pemberley, впервые поставленная в Штатах в 2016-м, добралась наконец и до британской сцены. Интересно, что происходит это на фоне нового интереса к Мэри, который вызван сериалом BBC The Other Bennet Sister. Но заметим: с ним пьеса сюжетно не связана.

Итак, действие разворачивается в поместье Пемберли, где семейство Беннет собирается на Рождество. Элизабет уже счастлива с мистером Дарси, Джейн — с Бингли, а Мэри по-прежнему всё так же странная сестра, дурнушка и сухарь. Появление Артура де Бурга меняет привычный порядок вещей: возможно, Мэри обнаружит, что любовь к книгам и независимости суждений не мешают личному счастью. А нежелание соответствовать ожиданиям общества вовсе может оказаться неоспоримым достоинством.

Спектакль на сцене Park Theatre ставит режиссёр Sarah Meadows, которая много работает с современной драматургией, женскими историями и персонажами, которые пытаются выйти за пределы навязанных им ролей.

Заглавную роль играет Chloe Wade, которая известна по сериалам Emmerdale и Doctors, а также фильму Upgraded, но особенно интересна её самостоятельная театральная работа: она написала пьесу As SHE Likes It, посвящённую женским голосам и историям в киноиндустрии. Спектакль пару лет назад объездил всю Англию. Артура де Бурга играет Keaton Guimarães-Tolley (Mother Courage and Her Children в Shakespeare’s Globe). Элизабет Дарси исполняет Nadi Kemp-Sayfi, знакомая по EastEnders, а мистера Дарси — Jack Michael Stacey (сериал Queen Charlotte: A Bridgerton Story).

Наверное, самое интересное в этой рождественской комедии — не то, как Мэри борется за своё счастье, а то, как она из второстепенного персонажа становится главным действующим лицом в собственной истории. Кроме того, это прекрасный повод снова встретиться с семейством Беннет, много десятилетий любимым читателями и зрителями.

The Snowman

Peacock Theatre

Portugal St, London WC2A 2HT

26 декабря 1982 года на Channel 4 показали анимационный фильм The Snowman. Дивная песня, почти ни одного слова и щемящая история. Его сняла режиссёр Dianne Jackson, и с тех пор Рождество получило новый… символ? Традицию? Канал показывает мультфильм каждое Рождество, то есть уже больше сорока лет. Эта история началась в 1978 году с книги-картинки Raymond Briggs о мальчике Джеймсе, который слепил снеговика и вдруг проснулся среди ночи с мыслями о нём. Четыре года спустя режиссёр Dianne Jackson превратила её в анимационный фильм, а композитор Howard Blake написал музыку, включая знаменитую Walking in the Air. Спустя два года фильм представлял на экране сам David Bowie.

Есть милые рождественские истории, с подарочками и камином. А есть The Snowman — о полёте, мечте и свободе, о горстке талого снега в конце. Настолько же светло, насколько душераздирающе.

Джеймс и Снеговик исследуют дом, открывая чудеса в привычном, бытовом, поднимаются в небо над заснеженной землёй и Брайтоном. В театральной версии путешествие проходит и среди северного сияния, и северных оленей. Они встречают других снеговиков и Санта-Клауса. Понятно, почему в этой истории почти не нужны слова: сюжет ведёт за собой музыка, которой подчинены персонажи и их движения, хорошо знакомые нескольким поколениям британских зрителей.

Но в этом году The Snowman совершенно новый, и он придёт на смену сценической версии, которую играли больше тридцати лет. Режиссёр и хореограф — лауреат премии Оливье Will Tuckett, который работал над Into the Woods в Royal Opera House и The Nutcracker для Национального балета Японии. А нового Снеговика придумала художница по куклам Tahra Zafar, та самая, что сделала блистательную куклу трогательного медвежонка Паддингтона, и кукла эта  покорила сердца зрителей и профессионалов театра. Роль мальчика делят четверо юных исполнителей: Felix Anderson, Jake Durant, Tristan Marwa и Tate Masuku.

Да, это задачка со звёздочкой: перенести на сцену историю, чья магия во многом связана с нежностью рисованной анимации и с детством каждого из зрителей: поневоле станешь ревновать и ворчливо бухтеть. Но лондонский театр умеет преодолевать такие сложности: достаточно вспомнить того же Паддингтона или Тоторо. Смогут ли сценические иллюзии, куклы, видеопроекции и полётные механизмы сохранить ту самую хрупкость, нежность и интимность тайн памяти, что есть у книги и мультфильма? Возможно, взрослым стоит идти на него не меньше, чем детям: чтобы ещё раз вспомнить, каково это — поверить, что ты можешь летать!

A Christmas Carol

The Old Vic

103 The Cut, London SE1 8NB

В 1843 году Диккенс написал небольшую повесть в жанре социальной проповеди о старом скряге Эбенезере Скрудже. Интересно, что «Рождественскую песнь в прозе: святочный рассказ с привидениями» читатель мог и не увидеть. Дело в том, что предыдущий роман писателя был финансово неуспешен, и издатели попытались отказать Диккенсу в публикации, но он заявил, что оплатит издание сам. А дальше — то типография ошибалась, то самого писателя не устраивал вид книги. В результате «Рождественская песнь» вышла и даже продавалась хорошо, но расходы на печать поглотили часть прибыли, и Диккенс был очень расстроен небольшим доходом от истории про сердитого скрягу.

На всякий случай напомним сюжет: Скрудж презирает праздничную суету, не понимает радости окружающих и считает доброту бессмысленной и вредной. Но вот к нему является призрак его покойного компаньона Марли, а затем три духа, которые показывают герою его прошлое, настоящее и возможное будущее. Скрудж так потрясён, что начинает размышлять: может ли он измениться, пока не поздно?

Сценическую версию самого знаменитого диккенсовского текста, которую уже несколько сезонов играет The Old Vic, создали драматург Jack Thorne и режиссёр Matthew Warchus. Thorne — один из самых известных современных британских сценаристов, работавший над Harry Potter and the Cursed Child, His Dark Materials и Adolescence. А Warchus — постановщик знаменитой Matilda. Кроме того, он  возглавлял The Old Vic, хорошо знает театр и его публику. Сразу же после премьеры в 2017 году A Christmas Carol превратился в одну из рождественских традиций Лондона. Здесь есть музыка, волшебные колокольчики, угощения и атмосфера праздника, в которой участвует и сам зритель.

В этом году Скруджа играет Giles Terera, лауреат премии Оливье за роль Аарона Бёрра в оригинальной лондонской постановке мюзикла Hamilton. В спектакле также заняты Carly Bawden в роли Белль, Ewan Black в роли Фреда, Edward Harrison в роли Марли и Jack North в роли Боба Крэтчита. За сценографию и костюмы отвечает Rob Howell, а музыку написал Christopher Nightingale — оба были отмечены премиями «Тони», когда постановка была перенесена на Бродвей в 2019-м.

Спектакль завораживающе красивый: таинственный и праздничный, он превращает классическую историю в живое общее переживание. И хотя сюжет известен почти каждому, его главный вопрос всё тот же: что мы успеем сделать для других, пока у нас ещё есть время? Всегда есть надежда на то, что даже самые холодные сердца способны оттаять. Особенно в Рождество!

The Nutcracker

The Royal Ballet

Royal Opera House

Bow Street, London WC2E 9DD

Если и есть спектакль, в котором сосредоточена вся красота и чарующая нежность Рождества, то это, конечно, «Щелкунчик». Огромная ёлка, нарядные гости, старинные игрушки, дивные сладости, падающий снег, прекрасные платья и музыка Чайковского — кажется, здесь исполняются все самые потаённые, из детства, представления о волшебном празднике.

Конечно, мы все знаем, что история восходит к сказке Гофмана «Щелкунчик и Мышиный король», опубликованной в 1816 году. В 1892 году состоялась премьера балета «Щелкунчик» на музыку Петра Ильича Чайковского. В основу либретто, разработанного Мариусом Петипа, легла сказка Э. Т. А. Гофмана в литературной обработке Александра Дюма, а хореографию первой постановки создал Лев Иванов. Чайковский работал над балетом в несколько приёмов, и даже прерывал сочинение ради путешествия в Штаты, впрочем, собираясь писать музыку на борту корабля. Балет впервые показали в Мариинском театре в Санкт-Петербурге, и с тех пор он постепенно превратился в один из главных символов театрального Рождества. Хотя рождение шедевра было далеко не безоблачным.

Трудно поверить, но премьера не стала триумфом. Критики балет ругали и за слабый, рыхлый сюжет, и за яркость, и за недостаток танцев, хотя к самой музыке Чайковского претензий было меньше. Особенное очарование музыке придавала челеста — необычный инструмент с прозрачным, словно сказочным звоном, который композитор открыл для себя во Франции и доверил ему знаменитый танец Феи Драже. Инструмент со всеми предосторожностями тайно доставили в Россию, чтобы его звук стал сюрпризом для слушателей. А ещё чтобы конкуренты Чайковского — композиторы Римский-Корсаков и Глазунов — не успели применить челесту раньше него.

В центре повествования — девочка Клара. Она получает необычный подарок от загадочного крестного Дроссельмейера: деревянного Щелкунчика. Когда гости расходятся, привычный дом преображается. Ёлка вырастает до невероятных размеров, игрушки оживают, приходят гадкие мыши, а Щелкунчик превращается в прекрасного принца. Вместе с ним Клара отправляется в волшебное королевство, где её ждут танцы, сладости и танец Феи Драже. Это история о том мгновении детства, когда фантазия оказывается сильнее законов реального мира — прямо как потом в «Снеговике», да? И как удивительно живуча жажда сказки даже во взрослом человеке, как он стремится преодолеть угрюмую рутину.

Нынешняя лондонская постановка Королевского балета — это версия хореографа Питера Райта 1984 года, которая опирается на традицию оригинального балета, но не является дословным воспроизведением его хореографии. Особая драгоценность — сценография и костюмы Julia Trevelyan Oman, воссоздавшей праздничную атмосферу Германии XIX века с необыкновенным вниманием и нежностью к деталям. Нынешний сезон «Щелкунчика» посвящён столетию Питера Райта. В афише участвуют ведущие артисты Royal Ballet, а в объявленной киноверсии сезона Фею Драже и Принца танцуют Mayara Magri и Reece Clarke, Клару и Щелкунчика — Marianna Tsembenhoi и Taisuke Nakao. 

Fly, You Fools!

Southwark Playhouse Borough

77-85 Newington Causeway, London SE1 6BD

А вы перечитываете Толкиена в рождественские каникулы? Если да, то эта история для вас. Можно ли пересказать трёхчасовой фильм «Властелин колец: Братство кольца» за шестьдесят минут? Усложним задачу: надо обойтись без голливудских спецэффектов, многомиллионного бюджета и грима орков. Американская театральная компания Recent Cutbacks уверена, что можно. Её спектакль Fly, You Fools! — безумная и одновременно нежная пародия на первую часть знаменитой кинотрилогии Peter Jackson, снятой по роману J. R. R. Tolkien. После успешных показов на Эдинбургском фестивале постановка приезжает в Лондон и уже сейчас вызывает у публики повышенный интерес.

Откуда такое название? А это знаменитый возглас волшебника Гэндальфа, обращённый к товарищам во время опасного эпизода их долгого путешествия. Фродо предстоит покинуть Шир и отправиться через Средиземье, чтобы уничтожить Кольцо Всевластия. На его пути встретятся эльфы, гномы, орки, волшебники и множество других обитателей мира Tolkien. Но вместо дорогостоящих декораций и компьютерной графики мы увидим актёрскую игру с высшей степенью изобретательности, пантомиму, уморительные и точные звуковые эффекты, созданные в реальном времени прямо на сцене, и, конечно, стремительную смену персонажей. Тут главное — не отвлекаться! На сцене появляются узнаваемые сцены из знаменитого фильма, внезапно превращая грандиозный кинематографический эпос в комедию, где недостаток технических возможностей становится не только главным источником юмора, но и, как ни странно, способом выразить огромную любовь и уважение к истории.

Режиссёр постановки Kristin McCarthy Parker работает с Recent Cutbacks над театральными пародиями на известные фильмы. Эта же команда создала Hold On To Your Butts, комедийную реконструкцию «Парка юрского периода». За звуковые эффекты отвечает Blair Busbee, за вокальные аранжировки — Kelsey Didion. В лондонском составе заявлены Jack Baldwin, Charlie Burt, David Hoskin, Charlie Ives и Laurence Pears. Трое из них уже работали с Recent Cutbacks над Hold On To Your Butts. Так что перед нами не просто группа актёров, решивших пошутить над популярным фильмом, а команда, которая превратила театрализованный пересказ кино в особый жанр.

Повторим важное: Fly, You Fools! не высмеивает Толкина и Джексона, а признаётся им в любви. Создатели постановки прекрасно знают первоисточники, обожают их и предлагают зрителю разделить эту любовь. Спектакль, рождённый силой воображения. Спектакль о любви к кино и о том, как театр способен создать целую вселенную буквально из ничего. И хотя прямого отношения к Рождеству сюжет не имеет, трудно придумать более весёлое зимнее приключение для поклонников Средиземья.

Jack and the Beanstalk

Hackney Empire

291 Mare St, London E8 1EJ

Есть такой английский театральный жанр, без которого невозможно представить Рождество. Да-да, панто. Бывает, что зрители морщат носы: мол, фи, какая пошлость, это же театр, где интеллект? Но панто — не просто дурацкие шутки, с ним всё гораздо сложнее. Это жанр, это эстетика, это увлекательная страница истории театра.

Панто родился не в Англии и не имел к Рождеству никакого отношения. Он ведёт свою историю от итальянской commedia dell’arte XVI века. Уличные представления с неизменными персонажами-масками — Арлекином, Коломбиной, Панталоне и Пульчинеллой — в начале XVIII столетия обосновались на лондонской сцене. Поначалу пантомимы разыгрывались без слов, зато с головокружительными трюками и волшебными превращениями. Показывали их в течение всего театрального сезона, а главной звездой стал Арлекин.

Актёр и антрепренёр Джон Рич превратил приключения Арлекина в такое прибыльное зрелище, что в 1732 году на заработанные деньги открыл театр Covent Garden, «прадедушку» нынешнего Королевского оперного театра. Один из самых знаменитых оперных и балетных театров мира обязан своим рождением человеку в пёстром костюме, который паясничал, смешил публику и колотил всех палкой.

Следующий поворот в истории жанра связан с великим Дэвидом Гарриком, знаменитым актёром XVIII века, интеллектуалом, романтиком, реформатором английской сцены и страстным поклонником Шекспира. Возглавив театр Drury Lane в 1747 году, Гаррик считал себя обязанным воспитывать зрителя. Он успешно работал с серьёзными постановками, но обнаружил, что зрители всё ещё с энтузиазмом покупают билеты на проделки Арлекина. И хотя считал это развлечением легкомысленным, низким и вредным, тем не менее отказываться от высоких кассовых сборов не собирался. Тогда Гаррик стал отводить подобным спектаклям преимущественно рождественский сезон. Так и получилось, что противник жанра если и не создал новую праздничную традицию, то уж точно заложил её основы.

В викторианскую эпоху жанр сложился окончательно: рождественская феерия со сказочными сюжетами, песнями, вычурными костюмами и обязательными выкриками зрителей. Тогда же закрепились его самые озорные условности: юного героя нередко играла женщина, а комическую мамашу — мужчина. Здесь до сих пор зал орёт и хохочет, выкрикивает актёрам подсказки, спорит с ними, смеётся над нелепыми падениями и ужимками, над двусмысленными пикантными шутками. В общем, это настоящая живая история!

Сегодня одним из главных хранителей этой шумной традиции, приводившей в ужас Гаррика, считается Clive Rowe. Лауреат премии Оливье, знакомый британской публике также по сериалу The Story of Tracy Beaker, он больше пятнадцати лет выходит на сцену Hackney Empire в рождественских панто. Его коронное амплуа — pantomime dame, экстравагантная сказочная мамаша в немыслимых платьях, с внушительным париком и острым языком. Тут требуется настоящее мастерство комедии масок: приходится одновременно петь, танцевать, импровизировать, шутить, при этом держать в ежовых рукавицах бушующий зал. В нынешнем сезоне Rowe не только сыграет Даму Трот (имя отсылает нас к целому пласту английского фольклора), но и выступит режиссёром постановки. Для Hackney Empire спектакль особенно важен: театр отмечает своё 125-летие.

Сюжет знаком каждому, кто хоть раз слышал сказку о волшебных бобах. Беспечный Джек продаёт семейную корову за фасолинку, из которой вырастает гигантский стебель, ведущий прямо в облака, к замку великана. Сказка тут — лишь повод для музыки, танцев, шуток и самых невероятных приключений. Джека сыграет Marina Lawrence-Mahrra, его простодушного родственника Саймона — любимец публики Kat B, который участвует уже в своей 21-й пантомиме Hackney Empire.

В общем, если вы хотите живой истории театра, то вам сюда — на настоящую панто, народную комедию, в которой чем громче зал  вопит и хохочет, тем ближе спектакль к своему идеалу. В конце концов, ради этого британцы и ходят на пантомиму уже три столетия.

Ещё в London Cult.