Между этикой, перформансом и сообществом

Этой осенью Болонья на два дня стала местом встречи людей, для которых «Третий театр» остаётся живой практикой. Международная конференция «Третий театр: между этикой, перформансом и сообществом» собрала в Болонском университете представителей театральных групп и критиков. Среди участников — Эудженио Барба и актриса Odin Teatret Джулия Варли.

Отправной точкой дискуссий стала тема пятидесятилетней истории «Третьего театра», от текста Барба 1976 года до сегодняшнего дня. Об этом говорили Эудженио Барба и Джулия Варли с Мануэлой Филоменой Оттавиани, режиссером и преподавателем философского факультета. Но разговор быстро ушёл от прошлого к настоящему: как «Третий театр» живёт сегодня, как соседствует с институциями и передаёт накопленный за десятилетия опыт новым поколениям.

В этом году сошлись две даты: Барба исполняется 90, а понятию «Третий театр» пятьдесят. Но вопросы, которые Барба сформулировал полвека назад, никуда не делись: с кем мы делаем театр, почему остаёмся вместе десятилетиями и как выстраиваем собственную практику?

Театр без готовой модели

Odin Teatret появился в Осло в 1964 году: Барба собрал молодых людей, которых не приняли в театральную школу. Два года спустя они переехали в небольшой датский город Холстебро, где получили помещения старой фермы и своими силами превратили их в театр. С самого начала в центре работы стоял актёрский тренинг: ежедневная физическая и вокальная практика, из которой постепенно вырос собственный сценический язык.

В 1976 году Барба дал имя явлению, которое уже существовало вокруг него, и назвал его «Третьим театром». Так стали называть группы, работавшие вне больших институций и не обязательно принадлежавшие к авангарду — со своими способами учиться, жить вместе и строить отношения со зрителем.

Свой текст «Terzo Teatro» Эудженио Барба написал для участников Международной встречи театральных исследовательских групп, проходившей в Белграде в сентябре 1976 года в рамках BITEF, который в том году принимал фестиваль «Театр наций» (Theatre of Nations). Первоначально это был внутренний документ, однако вскоре он приобрёл статус манифеста для независимых театральных коллективов Европы и Латинской Америки. Впервые текст опубликовали в 1976 году в издании International Theatre Information (ЮНЕСКО, Париж).

Джулия Варли вспоминала театр 1970-х как «всё вместе»: жизнь, спектакль, сообщество, дружба, бунт, политическое действие, обучение. Барба не придумал единую модель. Он увидел общее в группах, которые независимо друг от друга уже искали новый способ делать театр и жить внутри него.

Плавучие острова

Позднее одной из самых точных метафор «Третьего театра» стали «плавучие острова». У них нет общего метода: каждый коллектив выстраивает собственную практику, а связь возникает через встречи, обмен и передачу опыта.

В Болонье этот образ стал почти буквальным. Второй день конференции задумали как путешествие по архипелагу современных театральных групп, вдохновлённое «Невидимыми городами» Итало Кальвино. Botteghe Spinoza 38 представляла коллективы как отдельные острова, и Марко Поло рассказывал о них Кублай-хану (Эудженио Барба).

Каждый коллектив говорил о своём. Например, Teatro dei Venti — о тренировке актёра по системе боевых искусств каларипаятту. Abraxa Teatro — о городском театре. Группа La Maskara — о традиции комедии дель арте и масках в спектаклях. Teatro dell’Aleph — о голосе как части актёрской практики. А перформер и танцовщица Джованна Дзанкетта — о пластической выразительности.

Эти разные опыты объединяет время. Навык складывается из ежедневной практики, знание передаётся от человека к человеку, а коллективное знание постепенно становится памятью группы.

Время против скорости

Современный театр всё чаще живёт в ритме отдельных постановок, фестивалей, резиденций и временных команд. Особенно это заметно в Лондоне, где рядом существуют крупные институции, независимые площадки, международные фестивали и проекты на несколько недель или месяцев. Такая система даёт скорость, мобильность и постоянный обмен идеями. Но вместе с тем ставит другой вопрос: что происходит с театром, когда люди работают вместе не в течение одного проекта, а десять, двадцать или пятьдесят лет?

Для Odin Teatret время стало частью метода. Актёрский тренинг строился на постоянном возвращении к технике: её повторяли и понемногу меняли. Знание нельзя отделить от человека: оно копится в теле, проходит через опыт и передаётся в совместной работе.

С 1970-х Odin развивал практику обмена с местными сообществами: от человека к человеку. Возможно, поэтому опыт Барба интересен не только как история одной театральной группы. Он ставит вопрос шире: может ли театр оставаться пространством долгих отношений в культуре, построенной на постоянном движении?

Быть вместе

Пятьдесят лет спустя «Третий театр» по-прежнему больше похож на архипелаг, чем на школу. Меняются языки, города, страны и истории, которые рассказывают актёры. Остаётся другое: время, проведённое вместе, общая работа и отношения, из которых постепенно рождается театр. А вопрос звучит всё так же: что остаётся после спектакля и почему люди спустя годы возвращаются и делают театр вместе?

Фото предоставлены Artistic_Lab