«Параллельные истории»: двукратный лауреат «Оскара» Асгар Фархади рассказывает о столкновении искусства и реальности

«Параллельные истории»: двукратный лауреат «Оскара» Асгар Фархади рассказывает о столкновении искусства и реальности

Асгар Фархади — один из самых признанных в мире иранских режиссёров. Помимо двух «Оскаров», у него есть «Гран-при» Каннского кинофестиваля, «Золотой медведь» Берлинского кинофестиваля, «Сезар» и множество других престижных наград. Его новый фильм «Параллельные истории» тоже впервые показали в Каннах, правда, картину приняли неоднозначно, хотя тут Фархади не стал хуже, просто отошел от своего традиционного стиля. Он не только впервые за 13 лет снимает на французском, но и показывает не суровый реализм, а его смесь с фантазиями и воображением. А главное, обращает внимание на то, как искусство при неправильной подаче начинает влиять на жизнь.

Histoires Parallèles de Asghar Farhadi/bande-annonce officielle/youtube

Писательница Сильви сидит в квартире, которую планирует продать. Ища вдохновение для новой книги, она наблюдает в подзорную трубу за соседями напротив. Они работают в квартире, где когда-то жила мать Сильви. Два мужчины и женщина занимаются озвучкой телепередач. Писательница придумала, что девушку зовут Анна, она встречается с молодым коллегой, но тайно спит с более старшим женатым. Чтобы помочь Сильви собраться к переезду, ее родственница приводит молодого мигранта Адама, которому удаётся поймать вора. Тот подбирает выброшенную рукопись, читает её и тоже увлекается историей соседей. Но он решает лично познакомиться с девушкой и делает вид, что сам написал роман.

Асгар Фархади наиболее известен своими реалистичными работами о жизни в Иране, где сложные отношения супругов сталкиваются с квартирным вопросом, насилием и прочими проблемами. Именно так выглядели «Развод Надера и Симин» и «Коммивояжёр», за которые режиссёр получил «Оскары». Но Фархади уже неоднократно пытался выйти за рамки национального кинематографа. Однако полноценно сделать это получилось только теперь. Его первая франкоязычная работа «Прошлое» всё-таки посвящена иранской диаспоре. А снятые на испанском «Лабиринты прошлого», где прекрасно сыграли Хавьер Бардем и Пенелопа Крус, показались критиками слегка неуклюжими, как будто сюжет плохо соответствует обстановке.

«Параллельные истории» Фархади — абсолютно французский фильм, он даже на роль мигранта взял франко-тунисского актера Адама Бессу. В остальных же ролях настоящие звёзды разных поколений: от старших Изабель Юппер и Венсана Касселя до Виржини Эфира и невероятно модного Пьера Нине, в ленту заглядывает даже легендарная Катрин Денёв, хотя и всего на пару минут. Режиссёр отказывается от привычного «туристического» взгляда на Париж: в фильме нет достопримечательностей или банальных планов Эйфелевой башни — только тихая жизнь, частые дожди и районные кафе.

Фархади снова обращается к тому, как искусство связано с жизнью — он уже захватывал похожую тему в «Коммивояжёре». Там события театральной постановки «Смерть коммивояжёра» как бы отражали реальные события. В «Параллельных историях» всё наоборот: режиссёр показывает, что творческий человек может из чего-то совершенно будничного придумать совсем другой сюжет, наполненный драмой и даже криминалом.

Это превращает фильм в своеобразное метавысказывание: идея сюжета пришла Фархади после предложения снять сериальную версию «Декалога» Кшиштофа Кесьлевского. Он отказался, но увлёкся его шестой главой — той самой, которая потом переросла в «Короткий фильм о любви». Но иранский режиссёр взял лишь общую канву о юноше, который наблюдает за соседкой и влюбляется в неё. Он ссылается на оригинал за счёт музыки, плана с поцелуем на белом фоне — Фархади даже пообщался со сценаристом оригинала.

В «Параллельных историях» добавляется сюжет о писательстве и тема присваивания чужого произведения. Во второй же половине фильма, который длится почти два с половиной часа, сюжет фокусируется на том, насколько реальность может отличаться от вымысла. Особенно на это работают два образа Виржини Эфира: если её литературная версия — сексуальная соблазнительница, то реальная — уставшая работница, которая заботится о больном возлюбленном. Дальше же история показывает, как чужая фантазия может повлиять на настоящее.

Конечно, многослойность иногда сильно перегружает картину — Фархади обвиняют в том, что в сценарии слишком много идей и персонажей. Но можно предположить, что режиссёр, который славился лаконичностью и сдержанностью, поступает так не случайно. Достаточно обратить внимание на то, что соседи, за которыми с таким интересом следят Сильви и Адам, занимаются именно озвучкой. Они добавляют к уже имеющейся картинке звук, который делает происходящее более реальным. Точно так же писательница к простым действиям незнакомых людей дописывала разговоры, в которых раскрывала их главные эмоции.

Получается, что Асгар Фархади говорит не столько о людях и чувствах, сколько о том, как творцы наполняют своими смыслами будничную жизнь. Именно для этого он прописывает контраст между подходами Сильви и Адама. Первая аккуратно наблюдает, стараясь не вторгаться в чужое пространство. Второй же, не будучи творческим, тут же теряет грань между выдумкой и реальностью и зачем-то пытается исправить то, о чем никто не просил. Но любопытно, что это вскрывает и новый слой: оказывается, что хорошие авторы могут замечать детали, о которых не догадываются даже сами люди.

Режиссёр осознанно упрощает характеры относительно своих предыдущих работ. В «Разводе Надера и Симин», «Коммивояжёре» и уж тем более в недавнем «Герое» зрители регулярно меняли своё отношение к персонажам. Здесь же сюжет гораздо более спокойный, лишь к финалу появляется драма, но и она не настолько глобальна. Возможно, так Фархади хотел показать, что настоящий накал страстей может быть только в художественном произведении — выдуманные герои ведут себя намного грубее и агрессивней, чем их реальные аналоги.

«Параллельные истории» получились скорее фильмом для наблюдений и размышлений, чем кино с глубоким смыслом. Чаще говорящий о реальности Асгар Фархади решил обратить внимание на мир искусства и людей, которые наблюдают за другими, но не участвуют в каких-то событиях. Так что спокойствие и неспешность этой картины — художественный замысел, раскрывающий фантазии творческих личностей.

Ещё в London Cult.