Но изменение курса действительно заметно. В основном конкурсе, как и в Каннах, меньше крупных голливудских студий, чем в предыдущие годы, и больше авторского кино. Reuters объясняет отступление Голливуда не внезапным интересом Венеции к политике, а вполне прозаическими причинами: сокращением бюджетов, замедлением производства и опасениями студий получить разгромную прессу, как это произошло с продолжением «Джокера» в 2024 году. Тем не менее на фестиваль подано рекордные 4 500 заявок, поэтому говорить об ослаблении его международного влияния нельзя.

Мердок, Маск и производство действительности

Фестиваль откроется фильмом Дэнни Бойла «Ink», экранизацией пьесы Джеймса Грэма о покупке Рупертом Мердоком газеты The Sun в 1969 году. Мердока играет Гай Пирс, редактора Ларри Лэмба — Джек О’Коннелл. Это не столько биография медиамагната, сколько история изобретения нового типа власти. Ведь Мердок не просто приобрёл убыточную газету, а получил возможность решать, какие события увидит массовая аудитория, какими словами они будут названы и какие эмоции должны вызвать.

Почти четырёхчасовой документальный «Musk» Алекса Гибни продолжает ту же историю через полвека. Мердоку требовались типография, редакция и сеть распространения, а Илон Маск совместил капитал с личным контролем над платформой X.

Такое соседство фильмов в программе слишком красноречиво, чтобы его игнорировать. Первый герой сделал политическим оружием газету, второй превратил в него собственную личность. В обоих случаях власть начинается с возможности определять, что именно миллионы людей сочтут важным. Не случайно The Guardian представила программу именно как наступление на медиамагнатов печатной и цифровой эпох.

Главная русскоязычная премьера: «Дау» возвращается

Самая значительная русскоязычная картина фестиваля в основном конкурсе — «Дау» Ильи Хржановского, 195-минутная центральная версия проекта, начатого режиссёром около двадцати лет назад. Фильм вдохновлён биографией советского физика Льва Ландау. Его играет Теодор Курентзис. Вместе с ним в картине заняты Радмила Щёголева и Анатолий Васильев. Производство официально представлено Германией, Францией и Швецией — России среди стран фильма нет.

Перед нами русскоязычный фильм о Советском Союзе, сделанный режиссёром, отказавшимся от российского гражданства, на европейские средства и после многолетнего конфликта с российскими властями. В центре истории — учёный, который пытается понять законы Вселенной, но оказывается вынужден отдать свой талант государству и участвовать в создании атомного оружия. Советский институт здесь не только историческая декорация, но модель общества: знания дают привилегии, привилегии требуют подчинения, а частная жизнь существует под постоянным наблюдением. Именно эта версия «Дау» должна стать так называемым материнским фильмом, центральной конструкцией проекта, из материала которого уже были созданы отдельные картины, инсталляции, книги и дискуссии. Хржановский снимал внутри огромной реконструкции советского научного института, где участники подолгу жили в костюмах, интерьерах и бытовых условиях эпохи.

Проект сопровождали обвинения в психологическом давлении, эксплуатации участников и мизогинии. Вышедший в 2020 году «Дау. Наташа» вызвал резкий скандал из-за сцены сексуализированного насилия, хотя Хржановский часть обвинений отвергал. Поэтому в Венеции будут обсуждать не только устройство советского тоталитаризма, но и право режиссёра создавать собственный маленький тоталитаризм ради фильма о большом. Это делает «Дау» не просто одной из премьер конкурса, а его наиболее спорным этическим испытанием.

Также для русскоязычной аудитории представляет интерес фильм Джулии Локтев «My Undesirable Friends: Part II — Exile», включённый во внеконкурсную документальную программу Venice Open — Non Fiction. Первая часть, «Last Air in Moscow», была снята на iPhone и рассказывала о независимых российских журналистках Анне Немзер, Ксении Мироновой, Соне Гройсман, Ольге Чураковой и других. Вторая часть показывает жизнь героинь в эмиграции. Они находятся в безопасности и продолжают работать, но лишены прежней аудитории, профессиональной среды, влияния и ощущения своего места.

Во внеконкурсной документальной программе Venice Open — Non Fiction покажут также «Imperium» Сергея Лозницы. Фильм полностью смонтирован из кадров, снятых в СССР в 1970–1973 годах. Изначально эти материалы предназначались для фильма, заказанного Итальянской коммунистической партией. Он должен был показать Советский Союз как успешное и справедливое государство. Однако вместе с официальными достижениями камера зафиксировала бедность, неравенство и резкие различия между Москвой и советскими республиками. Поэтому Лозница заново монтирует архивные кадры. В официальной аннотации сказано, что фильм раскрывает скрытую колониальную структуру СССР.

В программе Venice Open — Non Fiction также представят два фильма авторов, связанных с постсоветским пространством. Первый — «Holy Wood Dust» Виктора Коссаковского — произведён Италией, Испанией и Германией. Фильм рассказывает о рождественских елях: каждый год миллионы деревьев вырубают, украшают, а после праздников выбрасывают. Коссаковский показывает путь деревьев от жизни в лесу до уничтожения человеком. «Listy» («Письма») белорусского режиссёра Андрея Куцилы произведён Польшей, Германией и Литвой и состоит из историй белорусов, переживших тюрьму, политические репрессии и эмиграцию. В центре повествования — политические заключённые и их близкие, которые поддерживают связь через письма.

Звёзды, бункеры и телевизионные ловушки

В основном конкурсе Венеции покажут «Bunker» Флориана Зеллера. Пенелопа Крус и Хавьер Бардем, супруги и в жизни, играют издательницу и архитектора, переехавших в Лондон. Богатый заказчик поручает архитектору построить убежище, способное выдержать ядерный удар. В фильме также снялись Стивен Грэм, Пол Дано и Патрик Шварценеггер. Сюжет превращает страх перед катастрофой в услугу для состоятельных клиентов: пока большинство людей не может защититься от войны или ядерной угрозы, богатые заказывают индивидуальное спасение у архитектора. Однако судить о том, станет ли социальное неравенство главной темой фильма, можно будет только после премьеры.

Другой конкурсный фильм — «Primetime» Лэнса Оппенхайма с Робертом Паттинсоном, Мерритт Уивер, Скайлером Джизондо и певицей Фиби Бриджерс. Паттинсон играет Криса Хансена, ведущего американской телепередачи To Catch a Predator. Её создатели под видом несовершеннолетних договаривались о встречах с предполагаемыми сексуальными преступниками, после чего снимали их разоблачение и задержание. Программу создавали из журналистского расследования, полицейской операции и телевизионного развлечения. «Primetime», судя по опубликованным описаниям, будет посвящён не только преступлениям, но и телевидению, которое превращает задержание и публичное унижение в зрелище.

В основной конкурс вошёл и «Bucking Fastard» Вернера Херцога. Кейт и Руни Мара, родные сёстры, впервые вместе снялись в кино. Их героини пытаются прорыть туннель через горы, чтобы добраться до воображаемой страны. Вместе с ними в фильме играют Орландо Блум и Домналл Глисон. Первоначально проект представляли как фильм о Фреде и Грете Чаплин — английских сёстрах-близнецах, которые одинаково одевались, двигались и разговаривали. Однако итоговый сюжет превратился в характерную для Херцога историю о людях, одержимых невозможной целью. Он уже снимал героя, который тащит корабль через гору; теперь его героини пытаются пройти сквозь саму гору.

Короткометражный фильм Лоры Пойтрас и Рэйчел Лорен Мюллер «They’re Here» покажут вне конкурса, в разделе короткого метра программы Venice Open. Он длится 25 минут и рассказывает об операциях американской миграционной службы ICE в Миннеаполисе. Авторы называют картину фильмом ужасов. Согласно официальной аннотации, агенты в масках задерживают жителей, люди прячутся в багажниках автомобилей, заключённых в кандалах доставляют к самолётам, а велосипедисты следят за перемещениями силовиков. Источник страха здесь — государственная служба, действующая в обычном американском городе.

Документальная программа становится отдельным событием

Документальная программа обеспечит фестивалю не меньше знаменитостей, чем основной конкурс. Лиам и Ноэл Галлахеры должны приехать на премьеру «Oasis: Don’t Look Back in Anger», фильма об их отношениях и воссоединении группы. Рассел Кроу представит «What Love Builds», над которым работал пятнадцать лет: это картина о его собственной группе Indoor Garden Party, а Франческо Карроццини — портрет основателя Diesel Ренцо Россо. Этот проект выделяется способом производства: по данным Reuters, «Be Brave» был почти полностью создан с помощью искусственного интеллекта.

Главной слабостью программы в Венеции критики называют отсутствие женщин-режиссёров. Что, по их мнению, плохо согласуется с представлением открытости и разнообразия. Из двадцати фильмов основного конкурса только один снят женщиной — «Woman Unknown» датско-египетской режиссёрки Май эль-Тухи. В 2025 году в конкурсе участвовали шесть женщин-режиссёров.

Ну и ладно. В прошлом году одной из самых обсуждаемых женщин Венецианского фестиваля стала не режиссёрка, а художница Эльда Калабрезе. В поезде у неё украли чемодан с платьем, приготовленным для красной дорожки. Тогда Калабрезе скрутила новое из гостиничной простыни, написала на шлейфе «ROBBED» («Ограблена») и так пришла на мероприятие. В Венеции женщинам необязательно иметь фильм в конкурсе, чтобы запомниться на фестивале.