Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно

Автор Alexandr Ivanov
Рубрика Культура
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ 28 апреля 2024
ВРЕМЯ ПРОЧТЕНИЯ 2 min.

Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно

Про то, что сахар имеет длинную, порой захватывающую, а когда-то и кровавую историю, мне кажется, знают все. Как минимум каждому известно о том, что сладкий ингредиент изначально добывался из тростника, доставлялся в Европу из Индии, существуют истории плантаций сахарного тростника на Американском континенте. Некоторые читали и слышали о том, что, будучи весьма энергоемким производством (требовалось невиданное количество дров), переработка сахарного тростника привела к частичному, иногда даже полному (как на Барбадосе, например) исчезновению лесов

Сахар был дорог и ценен. В эпоху Средневековья на душу населения приходилась примерно одна чайная ложка в год. При этом понятно, что такое «на душу населения»: небольшое количество людей уминали сахар килограммами, а подавляющее большинство европейцев даже не представляли себе ни вида, ни вкуса этого продукта. Впрочем, история и последствия недостатка серотонина, «гормона счастья» в организме наших предков, еще ждут своих исследователей, мы же поговорим о переломе тенденции.

Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно | London Cult.
Рабы на плантациях сахарного тростника

Идея о том, что сахар можно добывать не только из сахарного тростника, витала в облаке пару столетий, но только в 1747 году немецкий химик Андреас Маркграф представил Прусской академии наук доклад, в котором рассказывал о своих экспериментах с культивируемыми в Европе растениями и предлагал в качестве альтернативы сахарному тростнику свеклу.

Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно | London Cult.
Андреас Сигизмунд Маркграф

Это было очень смешно! Смеялась не только вся Германия, но и вся Европа. Маркграф, однако, был настойчив, сыпал результатами экспериментов, строго научно обосновывал свои выводы. И смеяться, в общем-то, перестали. Но денег на продолжение исследований и, самое главное, на работу над выведением свеклы с большим содержание сахара не дали. История казалась совсем заброшенной. Тем не менее немцы, как мы знаем, народ упертый…

Дело Маркграфа продолжил Франц-Карл Ахард. Его опыты с выращиванием более подходящей свеклы дали результат.

Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно | London Cult.
Франц Карл Ахард, человек, положивший начало доступным сладостям

Слегка притормозим и заметим, что содержание сахара в сахарном тростнике – 15-17%, Маркграф оперировал свеклой с содержанием сахара 1,3-1,5%, Ахард довел ее сахаристость до 5%. Это было уже кое-что! И Пруссия субсидировала Ахарда, который построил в 1799 году первый завод по производству сахара из свеклы.

Масштабы производства были чрезвычайно скромны. Все-таки 5% – не 20%, которые дает сахарная свекла сейчас (привет, кстати, противникам ГМО – да, увы, и это растение, как и все культурные растения на планете, тоже продукт ГМО). Всю свою историю он балансировал на грани полного разорения, тем не менее европейские воротила, делавшие миллионы на сахарном тростнике, чувствовали в конкуренте угрозу своим капиталам: Ахарду угрожали, его пытались подкупить, разорить, посадить в тюрьму…

Сладкая жизнь, которую человечество узнало совсем недавно | London Cult.
Свеклосахарных завод, XIX век

Ахард выживал, вкладывая все средства в разработку новых сортов, в чем чрезвычайно преуспел. Но массово использовать сахарную свеклу для производства сахара стала все же не Германия, а Франция. Наполеоновские войны, континентальная блокада… и над страной нависла угроза остаться вовсе без сладного. Наполеон Бонапарт специальным указом велит сажать сахарную свеклу и устраивать предприятия по ее переработке, обещая за это солидные премии.

Закончились войны, закончилась континентальная блокада, а дешевый сахар – остался. К концу XIX века сахар стал весьма обыкновенным продуктом в семьях любого уровня достатка. По науке, с серотонином на душу населения сейчас все должно быть получше, чем в давние времена. Но как измерить, стали ли мы счастливее – непонятно!

Читайте также