Автор поэмы неизвестен. Обычно его называют Gawain Poet или Pearl Poet, потому что в той же рукописи сохранились ещё три произведения: Pearl, Patience и Cleanness. Все они дошли до нас в одном сборнике Cotton Nero A.x. Это делает текст одновременно знаменитым и хрупким: если бы рукопись исчезла, мы бы просто не знали «Гавейна» в том виде, в каком знаем сегодня.

Сюжет начинается почти как рождественская сказка. При дворе короля Артура в Камелоте идёт пир. И вдруг в зал въезжает огромный рыцарь, полностью зелёный: зелёная одежда, зелёная кожа, зелёные волосы, зелёный конь. Он предлагает странную игру: кто-нибудь может ударить его топором, но через год и один день должен будет принять ответный удар. Гавейн соглашается, отрубает незнакомцу голову. А тот спокойно поднимает её с пола, напоминает о договоре и уезжает.

Один из первых узнаваемых среднеанглийских фрагментов звучит так:

Þis kyng lay at Camylot upon Krystmasse

(«Этот король находился в Камелоте на Рождество»).

Даже без знания среднеанглийского многое угадывается: kyng — king, Camylot — Camelot, Krystmasse — Christmas. Но текст не похож на Чосера. У Чосера мы чаще слышим южно-восточную, лондонскую традицию. У автора «Гавейна» язык другой: северо-западный, с непривычными словами и написаниями.

Например, в первой строке поэма открывается не с Артура, а с Трои:

Siþen þe sege and þe assaut watz sesed at Troye

(«Когда осада и штурм Трои завершились»).

Здесь интересно слово watz — was. Оно выглядит почти как современное what’s, но это просто диалектная форма прошедшего времени глагола «быть». Буква z в этом случае не обязана читаться как современное английское z. Для среднеанглийских рукописей это нормальная ситуация: орфография ещё не стала единой, и письмо часто отражает местную привычку писца.

Ещё один важный знак эпохи — буква ȝ (йог). Она встречается в словах вроде knyȝt — knight. Современный английский сохранил след этого звука в написании gh, хотя произношение давно изменилось. Поэтому knyȝt — не просто «старинное написание слова knight», а маленькое окно в тот момент, когда в английском ещё слышались звуки, позднее исчезнувшие или изменившиеся.

Сама поэма написана не обычными рифмованными строками, а в аллитерационной традиции. Это роднит её с древнеанглийской поэзией. Важны не столько рифмы в конце строк, сколько повтор начальных звуков в ударных словах. Например: Siþen þe sege and þe assaut watz sesed at Troye. Здесь слышится цепочка s: Siþen, sege, assaut, sesed. Текст как будто движется не по рифме, а по удару и звуковому сцеплению. Это не случайное украшение, а сама техника стиха.

При этом автор «Гавейна» соединяет старую аллитерационную манеру с короткой рифмованной концовкой строфы, которую называют bob and wheel. Сначала идут длинные аллитерационные строки, а потом — короткий «хвостик» с рифмой. В описании Зелёного рыцаря встречается знаменитое:

ful clene

for wonder of his hwe men hade
set in his semblaunt sene
he ferde as freke were fade
and oueral enker grene

(«совершенно ясно:
люди дивились его виду,
глядя на его облик;
он казался существом из иного мира,
и весь был ярко-зелёным»).

Интересно и слово gome («человек, мужчина»). В строке про рыцаря можно встретить: þis gome and his wedes («этот человек и его одежды»).

Современному читателю gome почти ничего не говорит, но оно восходит к древнеанглийскому guma («мужчина»), и родственно латинскому homo. Память об этом слове косвенно сохранилась в bridegroom, где первоначально вторая часть значила не «конюх», а «мужчина при невесте», жених. Звук r тут вставочный и появился под влиянием слова groom («мальчик, слуга»).

В «Гавейне» особенно хорошо видно, как средневековый текст может быть одновременно простым и странным. Сюжет держится на почти сказочной завязке: неизвестный зелёный рыцарь, опасная игра, обещание вернуться через год. Но дальше поэма всё время уводит читателя от прямого героического рассказа.